В художественной практике я сочетаю архаику и современность, говорю о том, что на уме и сердце. Мой язык наследует символизм алхимии и служит для описания той же цели - трансформации духовной материи.

Керамика - это материя творения, через неё в игре и эксперименте я создаю свою собственную вещественную вселенную из осколков и образов внешнего мира. Материя первична и единственна, идеи вещественны. Пусть мои мысли, чувства, а также рассуждения о философии и социальной критике будут иметь материальное воплощение.

Соединяя научный метод с искусством, я пытаюсь приоткрыть «вуаль Изиды».

Важный аспект моих работ - декоративность и неочевидность. Они станут приманками и ловушками для зрителей. Но вместо смерти, ждущей крысу в мышеловке, пусть зрители обнаружат для себя радость раскрытой загадки, катарсис узнавания.

In my artistic practice, I blend the archaic with the contemporary, expressing what is on my mind and in my heart. My language inherits the symbolism of alchemy and serves the same purpose—to transform spiritual matter.

Ceramics is the matter of creation; through it, in play and experimentation, I create my own tangible universe from fragments and images of the external world. Matter is primary and singular; ideas are material. Let my thoughts, feelings, as well as reflections on philosophy and social critique, have a material embodiment.

By combining the scientific method with art, I attempt to lift the "veil of Isis."

An important aspect of my work is its decorativeness and subtlety. They become lures and traps for viewers. But instead of death awaiting a rat in a mousetrap, let the witnesses discover for themselves the joy of an unveiled mystery, a catharsis of recognition.